Валерий Кочнев. Часть I. О себе, о Тюмени купеческой, о «бесах», о реституции

В разделе «Мнения» мы будет помещать беседы с нашими современниками, имеющими оригинальные взгляды на развитие общества. Начнем с Валерия Кочнева – философа, писателя, поэта, исследователя, автора песен группы «Центральный гастроном». Живёт в Тюмени. Многие считают его чудаком, но разве философы Древней Греции не были такими чудаками для своих современников, обывателей, живущих своим кругом забот и не более того? Беседа получилась длинная об историческом прошлом и о современности, о происхождении природы добра и зла, о праве на собственность. О том, какие культурные коды «зашиты» в нашем языке, и как они влияют на наше мышление и поведение. Договорились мы до тем запредельных: как изменить существующие модели действительность.   

Мы разделили беседу на несколько частей. В первой – Валерий Николаевич Кочнев рассказывает о себе, и о той Тюмени, которой уже нет, она ушла вместе с прежними поколениями, и памятниками архитектуры, которые были национализированы властью советов после Революции 1917 года, а в начале XXI были уничтожены под современную застройку Тюмени.   

Валерий Кочнев: — Себя рекомендовать очень трудно… Я старый житель Тюмени, вернее, потомок старых русских, сибирских, конкретно, тюменских семей. По отцовской линии: дедушку звали Леонид Максимович, папу Николай Леонидович, я – Валерий Николаевич Кочнев. Кочневы в Тюмень прибыли из Камышлова в 1861 году, как раз после отмены крепостного права в России. Мужики оказались, видимо, хитрыми и женились на девицах из состоятельных семей. Моя прабабушка, Мария Бузолина, вышла замуж за Максима Кочнева. Бузолины вышли из купеческой среды, это купцы наши тюменские, с Красного Яра. Там до сих пор существуют Бузолины. Один из их семьи в 1918 году в момент белогвардейского путча подался в красногвардейцы, ну и погиб за дело новых товарищей, или как их можно назвать,  чужедоброищей, что плохолежищей, короче, за расхитителей старого хозяйства. Такая история. Дома Бузолиных, – как моя тетка Наталья говорила, и «родовое гнездо» Кочневых – были разорены в 1929 году. После 18 года Кочневы тоже жили на Красном Яру, у них была своя строительная артель, рубили деревянные дома в Тюмени. То есть были наемные работники. Еще держали лавки скобяные. То есть, не бедствовали, и торговали, и строили. А в 1929 году их выгнали как «нежелательный классовый элемент». Дед вспоминал, что к ним приходили люди и стучали револьверами по столам – «убирайтесь отсюда». В доме Кочневых в последующем времени сделали школу. Потом отправили в ссылку на Восточный Урал. Там пропал прадед Максим – куда-то ушёл по святым местам, так и не вернулся, пропал без вести. Прабабушке пришлось тащить всю семью на себе. По возвращению из ссылки в начале 1930-х их поселили в домах на Малом Городище в Тюмени, в одном из домов бывших собственников Козелов-Поклевских. Два дома Козелы-Поклевские раньше сдавали внаем, этим тоже зарабатывали. А в советское время там сделали комуналки. Прожили Кочневы там, по-моему, до 57 года. А в 57 году старший брат отца, дядя Виталий, который  учился после школы в Художественном училище под Свердловском, приехал домой в гости, и принял участие в художественном декоративном оформлении только что построенных обкома партии и Дворца пионеров. Это их работа – лепнина, все эти розетки, плафоны и всё прочее. Получил он за эту работу 12 000 рублей, которые тут же отдал маме и папе на постройку двухэтажного деревянного дома, совместно со второй семьей родственников, Костылевых, по адресу Орловская, 19 в Тюмени. Дом тот до сих пор стоит, к сожалению, в этом году (2017 – Прим.ред.) погорел слегка. Свою половину Кочневы продали еще в конце восьмидесятых. Костылевы же проживают там до сих пор. Вот, был родной дом, до 1957 года.

Бабушка же вторая, Мария Носырева. Они из сибирских казаков. 

— Расскажи нам про твою Тюмень.

— Все знают общую историю, когда была образована Тюмень, какие первые упоминания в летописях, где Ермак воевал и т.д. Это большинство людей знает. Я просто могу вспомнить что-нибудь совершенно иное,  историю своего отца. Отец мой был первым чемпионом греко-римской борьбы из Тюмени, чемпионом РСФСР, был членом сборной СССР. А был он «мухачом» (борец в легком весе. – Прим.ред.), ростом 164-165 см и весом 52-54 кг. Но был очень верткий и талантливый. Он занимался в борцовской школе Тучина. Тучин-старший прибыл в Тюмень в 1951 году, ещё до смерти Сталина. Спортивная школа была на базе клуба «Динамо», то есть на базе МВД.  Был еще более ранний тренер, Бауэр, из немецких переселенцев. И папаня мой все школьные годы занимался у Тучина, потом выступал на разных соревнованиях, потом в начале шестидесятых поступил в Омский физкультурный институт, который закончил. А куратором его был ректор Громыко. И так выступал он всё это время на всяких соревнованиях. С возрастом стал тренером и судьёй. Ну и был по жизни мастер спорта СССР, первый «мухач».

Папаня вспоминал много интересного. Как-то мы с ним встретились возле музея (Музей Городской думы в Тюмени – прим.авт.), это бывший муниципалитет.  Кстати, интересная деталь, есть версия, что здание муниципалитета дореволюционного было построено на месте старого Воеводина подворья. Оно там находилось до петровских времен (до XVIII века – Прим.ред.). А кто такой воевода, это либо бургомистр, либо, по-нынешнему, губернатор. Так вот, что отец вспоминал… Он родился 17 декабря в 1941 года, уже после начала войны (Великой Отечественной войны – Прим.ред.). В послевоенное время, когда было голодно, он и другие дети в Тюмени ловили силками певчих птиц в логу и на заросшем берегу Туры и продавали их на Центральном рынке, чтобы купить себе пряничков или конфеток. Наталья, младшая сестра отца, вспоминала, что еще долгое время, уже будучи спортсменом и чемпионом Советского Союза, он таскал в кармане пиджака кусочки сахара, карамельные конфетки, и, будучи в добром расположении духа, предлагал кому-нибудь – «хочешь конфетку?». Так и осталось в его привычке это воспоминание о трудном детстве, труднейшем. Поразительно… странные вещи.

И еще, папаня мой был крайне вертким. Он как-то вспомнил, что когда он был молодым, 19-20 лет, он умудрялся делать до 12 движений в секунду… Коротких движений в секунду. Он недаром был чемпионом и мастером спорта СССР. Где-то в середине 60-х он придумал новый борцовский прием – вертушку. Назвали вертушкой Кочнева. И с тех пор этот прием, по-моему, фигурирует во всех борцовских школах, во всем мире. Просто «вертушка» называется, а это изобретение моего отца — Николая Леонидовича Кочнева. Был он странный и талантливый спортсмен.

— Принято думать что современность и цивилизация приносит хорошее. Мы, оглядываясь даже на 20 лет назад, понимаем, что большое количество старинных зданий в Тюмени – их просто нет, они остались, в лучшем случае, на картинах Александра Митинского – известного художника и педагога Тюмени XX века, чьим именем названа художественная школа в Тюмени.

– Ну да, кстати, по поводу Митинского. Мой дядя Виталий, который в свое время принимал участие в сотворении этой лепнины на зданиях обкома партии КПСС и Дворца пионеров в Тюмени, он в младшие школьные годы учился как раз у Митинского, ходил брать уроки рисования у него на дому. По моим наблюдениям… Если в семьях определенных людей, в их семейных линиях существовали долгое время собственники, торговое сословие, купеческое и тому подобное, то это сказывается на потомках: через два, три, четыре поколения появляются дети, склонные к творчеству – музыкальному, художественному, к философии, литературе. Поразительно точно это сказалось на примере коренной тюменки — Людмилы Никольской, в девичестве Котельниковой – это старейший реставратор Тюмени –склонность к рисованию, художественному творчеству.

Наследственность, наследие и собственность

-Купцы Котельниковы были, по-моему, владельцами второго чугунолитейного завода в Тюмени. По словам Людмилы Никольской, ее предки, прапрадед, прибыли в Тюмень с уральских демидовских производств чугунолитейных. Они были заряжены деньгами для продолжения дела. В 1861 году после отмены крепостного права они купили часть цехов у тюменского купца Гилёва, у его компании «Гилёв и сыновья». Чугунолитейный завод Котельниковых стоял на месте бывшего стадиона «Спартак», за логом, сейчас лог обсыпан, обсыпали его много лет – это где улица Перекопская втекает в улицу Полевую. Там место старых цехов чугунолитейного завода Котельниковых. Все старые дома были построены на деньги и с подачи купцов Котельниковых. И ещё, Котельниковы были старостами Благовещенского собора, который стоял на месте начала теперешнего пешеходного моста (современный Мост Влюбленных на набережной Туры у Исторической площади Тюмени – Прим.авт.). Благовещенский собор был взорван в 1924 году большевиками, коммунистами. Самое интересное, что большевики никак не могли найти колоколов, отлитых Котельниковыми, люди их спрятали, и спрятали хорошо. А вот Людмила Никольская (прямой наследник купцов Котельниковых) вспоминала, как погиб её дедушка, Котельников, бабушка ей рассказывала. Погиб он то ли в 1928, то ли 1929 году. Он нарисовал карикатуру на Ленина, кто-то донёс, его притащили в дом на улицу Семакова, на нашу местную тюменскую Лубянку, ВЧК-НКВД.

— А где он находился, что сейчас на этом месте?

— На этом месте, как раз напротив главного корпуса Тюменского государственного университета, сейчас стоит вычислительный центр (Библиотека ТюмГУ на ул.Семакова,18 – Прим.ред.). А раньше там было общежитие университета. А до тех пор было здание ВЧК-НКВД. А еще раньше, уж не помню, чья-то собственность, опять же купеческая постройка.

Так вот, деда Людмилы Никольской (купца Котельникова – Прим.ред.) забили черенками от лопаты. И бабушке, его жене, сообщили, чтобы она приехала на Текутьевское кладбище на похороны. Она приехала и попросила открыть гроб. Они не открывали. Красногвардейцы рыли могилу, рядом стояли в кожанках чекисты. И вот чекистам надоело, они ушли. Тогда бабушка, посмотрев по сторонам, сняла с себя кольца, серьги, цепочку, отдала красногвардейцам, попросила, чтобы открыли гроб. Те открыли, она увидела его синим, избитым до смерти. Она попросила,  чтобы его переодели, и красногвардейцы переодели его в костюм. Вот так они его тихо похоронили. И Людмила говорит, что с внучками они до сих пор периодически приходят туда, на место захоронения дедушки. Владельца тюменского чугунолитейного завода. Вот такая история. Я знаю других еще собственников (особников, тюменской недвижимости образца XIX века – Прим.авт.), например, Сашу Князева, который является прямым наследником дома Князевых-Высоцких, где когда-то была, на перекрестке улиц Ленина и Перекопской, долгое время была советская травматология – это их родной дом (ул.Перекопская,10). И ведь никто никому ничего не возвращает, даже не думает возвращать. Это же ужас какой-то.

Примечание:

Реститу́ция (от лат. restitutio — восстановление, отозвание, возвращение прежних прав и преимуществ).


В международном праве — форма материального возмещения ущерба в результате неправомерного международного акта путём восстановления состояния, существовавшего до его совершения. Может осуществляться различными способами

В гражданском праве — последствие недействительности сделки, заключающееся в возврате сторонами всего полученного по сделке. При невозможности вернуть товарные ценности в натуральном виде возвращается их стоимость в денежном выражении.

В 1990-е годы в Прибалтике (Литва, Латвия, Эстония) и в ряде стран Восточной Европы (Чехия, Болгария, Венгрия, Румыния) были приняты законы о реституции национализированного в 1940-е годы имущества. В соответствии с ними бывшие собственники или их наследники вправе претендовать на передачу им государством в собственность объектов недвижимости.

«Реституция – спасительный выход из порочного круга несправедливых и часто насильственных перераспределений собственности», «Основное лоббистское достижение РПЦ заключается в том, что ей удалось убедить государство признать за ней право собственности по принципу исторической принадлежности имущества». Это цитаты из статьи Николая Бобринского «Экспроприация навсегда» изданию «Газета.ру».

В 2015 году в Ульяновской области Российской Федерации женщина смогла отсудить дом, принадлежавший когда-то ее раскулаченному деду.

 

— Но советская власть вообще отменила частную собственность у граждан, как таковую, собственность была обобществлена. Человек имел право только на те предметы и вещи, которыми пользовался непосредственно. 

— А кто дал коммунистам право отменять чьи-то права? Вопрос. Кто им дал право отменять чужое право? Это как понимать вообще. Только сила, злоба, мстительность.

— Ну, так произошло, да.

— Не «произошло», это именно то. Нет бесов, которых можно назвать, там, «Вельзевул», «Азазель», «Дьявол», «Сатана»… Есть человеческие гадкие свойства: злоба, ненависть, жадность. Это и есть бесы, их прямое имя. Зависть, равнодушие…  Это и есть бесы.

— А откуда они в человеке? Вот давай на этом месте перейдём из Тюмени сразу к человечеству.

— Да, давай… давайте. (смеётся).

— Как мы видим, в природе нет ничего лишнего, даже то, что человек отказывается принимать за пользу.

— А откуда мы знаем об этом? Кто сказал?

— Ну, природа нам говорит, своим языком.

— А кто с ней разговаривает прямым языком, вообще, кто знает язык природы? Мы говорим на человеческом языке…

— Раз объективно существуют эти вещи…

— Лишние они или не лишние? Откуда мы знаем, что лишнее, а что нет?

— Ну, допустим, если имеется факт существования чего-то, то оно уже не лишнее.

— Стоп. Есть факт неизбежности, то есть, время нельзя повернуть вспять. Это да. На этом построен весь бандитизм и весь разбой – что упало, то пропало. Увы, время ушло. Так получилось, как говорят. Нужно возвращать некоторые вещи назад.

Продолжение следует.

Поделитесь с друзьями:

Читайте также:

Оставьте комментарий:

Войдите с помощью: 
wpDiscuz
Хочу быть в курсе с
PravimSami.ru

Подписка на еженедельную
подборку публикаций от
PravimSami.ru

PravimSami@gmail.com